Tags: Arturo Pérez-Reverte

Lesende Frau

HOMO LEGENS - 5

Размышляя о книжных предпочтениях писателей я не могу не вспомнить одного из моих любимых писателей Артуро Переса-Реверте.
Перес-Реверте не просто рассуждает о необходимости чтения, но и о культуре в широком смысле (или об её отсутствии).

Во многих эссе из сборников „С намерением оскорбить“ и „Корсарский патент“ можно найти его советы.

В эссе «ПРИЗРАК ТАМПЛЯ» Перес-Реверте особенно настоятельно призывает всех читать книги.

«...Случается, что вовремя прочитанные страницы открывают путь, который приводит тебя к историям, о которых ты и не подозревал, к прекрасным и таинственным мирам. Потому дураки, презирающие любые книги, независимо оттого, что в них написано, приводят меня в бешенство. На первый взгляд, книга — только книга и ничего больше, но, открывая ее, невозможно угадать, какая волшебная дорога развернется перед тобой...»

Квинтэссенция взглядов Артуро Переса-Реверте изложена в эссе «Письмо Марии» (эссе ниже под катом).

Список Переса-Реверте: Гомер, Вергилий, Аристотель, Платон, Сервантес, Кеведо, Моратин, Гальдос, Валье-Инклан, Пио Бароха, Полибий, Геродот, Светоний, Тацит, Мунтанер, Берналь Диас дель Кастильо, Гиббон, Менендес Пидаль, Эллиот, Фернандес Альварес, Камен, Данте, Шекспир, Вольтер, Стендаль, Достоевский, Толстой, Мелвилл, Манн.

Collapse )
Neuschwanstein

Герои Артуро Переса-Реверте - по следам одной выставки (часть 2) / Arturo Pérez-Reverte (Teil 2)

Герои Артуро Переса-Реверте - по следам одной выставки (часть 2) / Arturo Pérez-Reverte – nach den Spuren einer Ausstellung (Teil 2)

Возвращаясь к литературным ассоциациям, связанным с произведениями Артуро Переса-Реверте (и навеянных выставкой «Искусство Рококо в Мюнхене. От братьев Азам до Гюнтера» ) представляю новую историю.

История вторая
В романе Артуро Переса-Реверте «Фламандская доска» часто упоминаются фарфоровые фигурки персонажей комедии дель арте работы скульптора Бустелли, а вторая глава называется по их именам - ЛУСИНДА, ОКТАВИО, СКАРАМУЧЧА

«Дверной колокольчик антикварного магазина приветствовал Хулию звонким «динь-дилинь». Всего несколько шагов – и она почувствовала, как ее буквально обволакивает такое знакомое ощущение покоя и домашнего уюта. Она всякий раз испытывала его, приходя сюда. Все ее воспоминания, начиная с самых ранних, были пронизаны этим мягким золотистым светом, в котором безмолвно грезили о прошлом бархатные и шелковые кресла, резные консоли в стиле барокко, тяжелые ореховые бюро, ковры, фигурки из слоновой кости, фарфоровые статуэтки и потемневшие от времени картины; изображенные на них люди в черных, будто траурных, одеждах строго и сурово взирали из своих рам на ее детские игры. За годы, минувшие с тех пор, многие вещи исчезли, уступив место другим, однако общее впечатление, бережно хранимое душой Хулии, оставалось неизменным: ряд комнат, озаренных мягким светом, словно бы обнимающим расставленные и разбросанные в гармоничном беспорядке вещи и предметы самых разных эпох и стилей. А среди них – три изящные фарфоровые, расписанные вручную фигурки работы Бустелли: Лусинда, Октавио и Скарамучча, персонажи комедии дель-арте. Они были гордостью Сесара, а также любимыми игрушками Хулии в ее детские годы. Возможно, именно поэтому антиквар так и не пожелал расстаться с ними и продолжал держать их, как и прежде, в особой небольшой витрине, расположенной в глубине магазина, возле витража в свинцовом переплете, обрамлявшего выход во внутренний дворик: там Сесар обычно сидел и читал – Стендаля, Манна, Сабатини, Дюма, Конрада, – пока колокольчик не извещал о приходе очередного клиента.»

На выставке «Искусство Рококо в Мюнхене. От братьев Азам до Гюнтера» я видела много работ Бустелли, выполненных в разных жанрах: фарфоровые фигурки комедии дель арте (Commedia dell’arte), украшения для праздничного стола, фарфоровые статуэтки на религиозную тематику.
Мне очень понравились его работы.

Collapse )

Collapse )

Collapse )

****
А в конце романа «Фламандская доска» главная героиня Хулия получает фигурки Бустелли на память:
«Сесар подошел к бюро из красного дерева, открыл один из ящиков и вынул из него толстый запечатанный конверт, затем три фарфоровые фигурки работы Бустелли.

– Награда твоя, принцесса. – Он улыбнулся девушке с лукавым блеском в глазах. – Тебе снова удалось отыскать сокровище. Теперь можешь делать с ним что хочешь.
Хулия подозрительно взглянула на конверт и фарфоровые статуэтки. […]

Хулия погладила кончиками пальцев три фарфоровые фигурки – Октавио, Лусинду и Скарамуччу, – лежавшие в кармане ее плаща вместе с запечатанным конвертом. От ночного холода губы ее стыли, слезы замерзали в глазах.»



Франц Антон Бустелли “16 фигурок комедии дель арте“ / (Commedia dell’arte), Franz Anton Bustelli-“Figuren der Commedia dell’arte (set-of-16)”


~~~~~~

Die zweite Geschichte

Ich habe schon über die literarischen Assoziationen mit den Werken von Arturo Pérez Reverte und der Ausstellung («Münchner Rokoko von Asam bis Günther») geschrieben.

Auf der Ausstellung in der Münchner Hypo-Kunsthalle habe ich viele Porzellanfiguren von Franz Anton Bustelli gesehen und mich sofort an den Roman «Das Geheimnis der schwarzen Dame» von Arturo Pérez-Reverte erinnert.

[Franz Anton Bustelli]
Für diese Notiz wollte ich die deutsche Übersetzung bestellen. Es war, leider, nicht möglich.
Deswegen möchte ich zu Ihrer Aufmerksamkeit ein Zitat in der englischen Übersetzung bringen.

Aus dem zweiten Kapitel des Romans
II Lucinda, Octavio, Scaramouche

«The bell above the door tinkled as Julia went into the antiques shop. She had only to step inside to find herself immediately enveloped by a sense of warmth and familiar peace. Her first memories were suffused by the gentle golden light that fell on the antique furniture, the baroque carvings and columns, the heavy walnut cabinets, the ivories, tapestries, porcelain, and the paintings, grown dark with age, of grave-faced personages in permanent mourning, who, years before, had watched over her childhood games. Many objects had been sold since then and been replaced by others, but the effect of those motley rooms and of the light gleaming on the antique pieces arranged there in harmonious disorder remained unalterable. Like the colours of the delicate porcelain commedia dell’arte figures signed by Bustelli: a Lucinda, an Octavio and a Scaramouche, which, as well as being Julia’s favourite playthings when she was a child, were Cesar’s pride and joy. Perhaps that was why he never wanted to get rid of them and kept them in a glass case at the back, next to the stained-glass window that opened onto the inner courtyard of the shop, where he used to sit reading – Stendhal, Mann, Sabatini, Dumas, Conrad – waiting for the bell announcing the arrival of a customer».

Wer war Franz Anton Bustelli?

Franz Anton Bustelli (12. April 1723 in Locarno, Schweiz - 18. April 1763 in München) war Bildhauer und Modellierer von Porzellanfiguren. Er gilt als der bedeutendste Porzellankünstler des Rokoko.

Über sein frühes Leben ist nichts bekannt. In der Schweiz geboren, scheint er in Bayern aufgewachsen zu sein. Er schrieb deutsch und benutzte dazu die deutsche Schrift. Vom 3. November 1754 bis zu seinem Tod am 18. April 1763 wirkte er an der Porzellanmanufaktur Nymphenburg, die bis 1761 im Schlösschen Neudeck in der Münchener Au untergebracht war. Er schuf ca. 150 Figuren zu den Themen Frömmigkeit, Chinoiserie, Galanterie, ovidischer Götterhimmel und Volksleben. Sein berühmtestes Werk sind die 16 Figuren der Commedia dell'arte (zu sehen im Porzellanmuseum in Schloss Nymphenburg). Typisch für die Werke Bustellis sind die flachen, schlichten Rocaille-Sockel und die langgezogenen Glieder der Figuren, die – besonders leicht und grazil erscheinen lassen.

Zu seinen herausragendsten und auch heute noch produzierten Figuren zählen neben seinen Chinoiserien die 16 Charaktere der Commedia Dell’ Arte (1760), die Portraitbüste des Grafen Sigmund von Haimhausen, dem damaligen Leiter der Manufaktur, sowie eine Kreuzigungsgruppe aus dem Jahr 1755/56, deren Kruzifix zu den außergewöhnlichsten Porzellanfigurationen der Zeit gehört. Heute noch nach einer Originalvorlage produziert, erhält somit jeder Käufer ein Exemplar einer unlimitierten Rokoko-Edition.

Die Werke von Bustelli kann man im Porzellanmuseum in Schloss Nymphenburg, im Bayerischen Nationalmuseum, in der Eremitage (Sankt Petersburg), im Metropolitan Museum of Art, in der Porzellansammlung (Dresden) sehen.


История первая - роман Артуро Переса-Реверте "Кожа для барабана, или Севильское причастие» и статуя св. Бернарда Клервоского работы мюнхенского скульптора Игнаца Гюнтера .
Neuschwanstein

Герои Артуро Переса-Реверте - по следам одной выставки (часть 1) / Arturo Pérez-Reverte (Teil 1)

Герои Артуро Переса-Реверте - по следам одной выставки (часть 1) / Arturo Pérez-Reverte – nach den Spuren einer Ausstellung (Teil 1)

Я уже упоминала о литературных ассоциациях, возникших у меня при посещении выставки «Искусство Рококо в Мюнхене. От братьев Азам до Гюнтера» и связанных с произведениями Артуро Переса-Реверте.

История первая

На выставке представлено много монументальных фигур мюнхенского скульптора Игнаца Гюнтера (Ignaz Günther). Одна из них – деревянная статуя св. Бернарда Клервоского, выполненная в 1767 г., особенно заинтересовала меня. И вот почему.

В романе Артуро Переса-Реверте «Кожа для барабана, или Севильское причастие» главный герой Лоренсо Куарт постоянно читает «Похвальное слово новому воинству рыцарей храма» Бернарда Клервоского.

«Куарт вынул из кармана «Похвальное слово новому воинству рыцарей храма» Бернарда Клервоского и раскрыл его наугад. Древний томик этот, форматом в одну восьмую листа, он читал ежедневно; это было для него чем-то вроде обряда, такого же привычного, как чтение молитвенника, и выполнявшегося с той же неукоснительностью, порожденной не столько благочестием, сколько гордыней. Зачастую это происходило в каком-нибудь отеле, кафе или аэропорту, в ожидании деловой встречи или перерывах между ними, а такие встречи и командировки были в жизни Куарта явлением постоянным. И он открывал эту средневековую книгу, в течение двух столетий служившую духовным наставлением воинствующим монахам, сражавшимся в Святой земле, открывал, чтобы уйти от одиночества, с которым была сопряжена его работа. Иногда, поддаваясь настроению, навеваемому чтением «Слова», он представлял самого себя последним из переживших разгром при Гаттине, проклятую Акрскую башню, застенки Шинона и костры Парижа: одиноким, усталым тамплиером, все друзья которого уже так или иначе покинули этот мир.
Он прочел строки, давно знакомые наизусть: «Главы их острижены, покрыты пылью, лики черны от палящего солнца, как те кольчуги, что защищают их тела…», затем поднял лицо, чтобы взглянуть на льющийся с улицы свет, на людей, неторопливо проходящих под зеленью апельсиновых деревьев.»


И эпиграфом к первой главе романа служат строки Бернарда Клервоского «Не зря опоясан мечом. То посланец Господа» .

Кем же был Бернард Клервоский? Заинтересовавшись, я поискала информацию о нем.

Collapse )

Теперь, зная жизнеописание и взгляды Бернарда Клервоского, мне стала более понятна реплика архиепископа Спады ("шефа" отца Куарта):
«Бернард Клервоский и его мафиози-тамплиеры легко нашли бы с вами общий язык. Уверен, что, попадись вы в плен Саладину, вы скорее дали бы перерезать себе горло, чем отреклись от своей веры. Не из набожности, разумеется. Из гордыни.»



Игнац Гюнтер Св. Бернар Клервоский, 1767. Статуя находится в католической церкви св. Стефана в Ахолминге.
Митра у его ног показывает, что он три раза отказывался от сана епископа. Крест, копьё и губка уксуса подчеркивают его поклонение страстям Христовым.

Ignaz Günther Der hl. Bernhard von Clairvaux, 1767. Die Skulptur aus dem Lindenholz steht heute in Aholming in der katholischen Pfarrkirche St. Stephanus auf dem Hochaltar.
Da er in seiner Spiritualität die Passion Christi deutlich betonte, hält er die Arma Christi in der Hand: Kreuz, Lanze und Essigschwamm.

~~~~~~

Die erste Geschichte

Ich habe schon erwähnt, dass auf der Ausstellung («Münchner Rokoko von Asam bis Günther») die literarischen Assoziationen mit den Werken von Arturo Pérez-Reverte bei mir erweckt sind.

Einen Höhepunkt der Ausstellung in der Münchner Hypo-Kunsthalle bilden die monumentalen Figuren von Ignaz Günther, darunter die Skulptur des hl. Bernhard von Clairvaux.
Ich habe mich für diese Skulptur besonders interessiert.

Warum?
Im Roman «Jagd auf Matutin» von Arturo Pérez-Reverte die Hauptfigur des Romans Padre Lorenzo Quart liest ständig das Buch «Lob der Templermiliz» von hl. Bernhard von Clairvaux.

Quart zog ein ledergebundenes Büchlein aus der Tasche, eine echte Antiquität: Bernhard von Clairvaux’ Lob der Templermiliz. Er hatte es sich zur Angewohnheit gemacht, jeden Tag ein wenig darin zu lesen, pünktlich wie er die Stundengebete im Brevier las, letztere freilich nicht aus Frömmigkeit, sondern aus Disziplin. In den vielen Stunden, die er unterwegs auf Reisen oder zwischen einer Verabredung und der nächsten wartend in Hotels, Cafeterias oder auf Flughäfen verbrachte, half ihm das mittelalterliche Buch – während zweier Jahrhunderte geistiger Leitfaden der im Heiligen Land kämpfenden Ordensritter –, die Einsamkeit seines Berufs besser zu ertragen. Es konnte aber auch vorkommen, dass er beim Lesen in eine desolate Stimmung verfiel, beispielsweise, wenn er sich vorstellte, als einziger die Schlacht von Hattin überlebt zu haben, die Kerker von Chinon oder die Scheiterhaufen in Paris: Ein müder und zutiefst verzweifelter Templer, so fühlte er sich dann.
Quart schlug das Buch an einer beliebigen Stelle auf und las ein paar Zeilen, die er in Wahrheit längst auswendig wußte: «Sie scheren sich das Haar bis auf einen schmalen Kranz, ihr staubbedeckter Körper ist schwarz gebrannt von der Sonne, und schwarz ist der Kettenpanzer, der ihn schützt …» Danach hob er den Kopf und sah auf die Straße hinaus, wo Menschen im grünen Schatten der Orangenbäume vorbeischlenderten.


Und das Epigraph zum ersten Kapitel des Romans ist ein Satz von Bernhard von Clairvaux
“Als Streiter Gottes trägt er sein Schwert nicht grundlos.“

Wer war Bernhard von Clairvaux?

Collapse )

Nun verstehe ich eine Erwiderung von Monsignore Spada besser:
«Bernhard von Clairvaux und seine mafiösen Tempelritter wären blendend mit Ihnen ausgekommen. Wenn Sie mich fragen, Sie hätten sich von Saladin eher die Kehle durchschneiden lassen, als Ihrem Glauben abzuschwören. Natürlich nicht aus Frömmigkeit, sondern aus Stolz.»

Продолжение следует / Fortsetzung folgt
Lesende Frau

HOMO LEGENS

Отчего люди не читают?

Последнее время мне часто приходится спорить с окружающими о пользе чтения.
Если кратко подытожить жалобы - поток информации / новых книг / музыки и т.п. гигантский.
Но вывод меня поразил - лучше вообще не читать.

Моя подруга по ЖЖ dame_verte напомнила мне рассуждения главного героя романа Паскаля Мерсье "Ночной поезд на Лиссабон" Раймунда Грегориуса.

«Есть «люди читающие» и «другие». К какой из категорий относится человек, видно сразу. И нет большего различия между людьми, чем это. Когда он делился своим наблюдением с окружающими, те только покачивали головами, посмеиваясь над его чудачеством. Но ведь так оно и есть, размышлял Грегориус. Так и есть

Я с ним согласна. Но, трудно мириться с тем, что приходится и приходилось раньше жить в чужом и, в какой-то мере, враждебном мире.

О пользе книг написаны миллионы страниц.

А я хочу привести несколько отрывков из книги Артуро Переса-Реверте „Королева Юга“.
Перес-Реверте – один из моих любимых писателей, особенно, мне нравятся его эссе из сборников „С намерением оскорбить“ и „Корсарский патент“.
„Королева Юга“ не самая моя любимая книга, но мысли Переса-Реверте о книгах кажутся мне очень мудрыми.

«Книги – это двери, что выводят тебя из четырех стен. Они учат тебя, воспитывают, с ними ты путешествуешь, мечтаешь, воображаешь, проживаешь другие жизни, а свою умножаешь в тысячу раз. .. А еще они помогают справляться со многими неприятными вещами – призраками, одиночеством и прочей дрянью. Иногда я думаю; как же вы справляетесь со всем этим – вы, те, кто не читает?»

«Книга – мертвый предмет, сделанный из бумаги и краски, – обретает жизнь, когда кто-нибудь начинает перелистывать ее страницы и читать ее строки, проецируя на них собственную жизнь, свои пристрастия и вкусы, добродетели или пороки. ... Не существует двух одинаковых книг, ибо не бывает и никогда не было двух одинаковых читателей. И каждая прочитанная книга, подобно каждому человеку, является единственной в своем роде, уникальной историей и отдельным миром.»

«Преимущество книг – в том, что заключенные в них жизни, истории, размышления становятся твоими; закрывая книгу, ты уже не тот, каким был, открывая ее. Некоторые страницы написаны очень умными людьми, и, если ты способен читать смиренно, терпеливо и с желанием чему-то научиться, они никогда тебя не разочаруют. Даже непонятое залегает в каком-то дальнем тайнике твоей головы – на будущее, которое придаст ему смысл и превратит в нечто прекрасное или полезное.»


P.S. 25 ноября день рождения Артуро Переса-Реверте и мой сегодняшний пост - дань уважения любимому писателю.

Home_legens
Фото: Композиция «Человек читающий» (город Ноябрьск Ямало-Ненецкого автономного округа)



Warum man so wenig liest?

Letzte Zeit habe ich oft über den Nutzen der Lektüre diskutiert.
Wenn ich die Klagen kurz zusammenfasse: der Strom der Informationen, der neuen Bücher, etc. ist riesig. Aber die Schlussfolgerung hat mich getroffen - es ist besser überhaupt nicht zu lesen.

Meine LJ-Freundin dame_verte hat mich an den Gedankengang von Raimund Gregorius aus dem Roman von Pascal Mercier „Nachtzug nach Lissabon“ erinnert.

«Es gab die Menschen, die lasen, und es gab die anderen. Ob einer ein Leser war oder ein Nichtleser man merkte es schnell. Es gab zwischen den Menschen keinen größeren Unterschied als diesen. Die Leute staunten, wenn er das behauptete, und manche schüttelten den Kopf über so viel Verschrobenheit. Aber es war so. Gregorius wußte es. Er wußte es

Ich bin mit ihm einverstanden. Es ist schwierig, sich damit zufrieden zu geben, dass man in der fremden und, in irgendwelchem Maß, feindseligen Welt leben muss.

Über Bücher sind es Millionen Seiten geschrieben.
Aber ich möchte einige Auszüge aus dem Buch “Die Königin des Südens” von Arturo Pérez-Reverte zitieren.
Pérez-Reverte ist einer meiner Lieblingsschriftsteller. Mir gefallen, insbesondere, seine Essays aus den Sammlungen "Patente de corso" und "Con ánimo de ofender".
Das Buch "Die Königin des Südens" ist nicht am meisten mein Lieblingsbuch, aber seine Gedanken über Bücher scheinen mir sehr weise.

Ich habe die Bücher von Pérez-Reverte in der russischen Übersetzung gelesen. Für diese Notiz wollte ich bei Hugendubel die deutsche Übersetzung bestellen. Es war, leider, nicht möglich (??).
Deswegen möchte ich zu Ihrer Aufmerksamkeit zwei Zitate in der englischen Übersetzung bringen.

«Books are doors that lead out into the street," ... "You learn from them, educate yourself, travel, dream, imagine, live other lives, multiply your own life a thousand times. ... And they also keep all sorts of bad things at bay: ghosts, loneliness, shit like that. Sometimes I wonder how you people that don't read figure out how to live your lives.»

«The advantage of books, as she discovered when she was in El Puerto de Santa Maria, was that you could appropriate the lives, stories, and thoughts they contained, and you were never the same person when you closed them as when you had opened them for the first time. Very intelligent people had written some of those pages, and if you were able to read with humility, patience, and the desire to learn, they never disappointed you. Even the things you didn't understand stuck here, in a corner of your head, ready for the future to give them meaning, to turn them into beautiful or useful lessons.»